Православные цитаты – страница 536

Цель богомыслия – не в академическом упражнении мысли; оно не должно быть чисто интеллектуальным занятием или прекрасным, но бесплодным полетом мысли; оно должно быть работой целеустремленного размышления, совершаемого под водительством Божиим и направленного к Богу, и плодом его должны быть выводы о том, как нам жить.

Итак, ни богатый пусть не величается тем, что много дает, ни бедный пусть не унывает, как будто мало давая, потому что последний часто дает больше первого. Многое и малое определяется не мерой подаяния, а размером имущества подающих.

Когда мы действительно осознаем наш внутренний мрак, – когда нам открывается инфернальная сущность греха, тогда мы становимся восприимчивыми к действиям благодати: будет ли то озарение нетварным Светом или иного рода восхищение, познание, откровение.

Похоти же плотской, брачного или безбрачного смешения, сластей, гортанобесия, чревоугодия, многоспанья, леностного бездействия, щегольства и многого другого подобного не тело ищет, как думают многие ненаказанные (ненаставленные. – Ред.), как не ищет оно этого, когда бывает мертво, но ищет этого душа посредством тела.

Захотелось выпить? Возьми ведро воды. Выпил: «Вот так, скотина, пей! И помни, что «пьяницы Царства Божия не наследуют» (1Кор.6:10). Споткнулся, пал – снова выпил? Приди и покайся, совершай добрые дела, пребывай постоянно в молитве. Господь поможет.

На согрешающих не должно гневаться, хотя бы совершаемые ими проступки были достойны наказания. Виновных, ради самой правды, должно обращать (на путь истинный) и наказывать, если потребуется, или самим, или через других, а гневаться на них или серчать не следует, потому что гнев действует только по страсти, а не по суду и правде.

Для того чтобы построить дом, надо иметь и план, и правильную организацию работы, и стройматериалы; так же и в строительстве дома Божия. План дает нам Православная вера, фундамент – это десять Заповедей, строители – Дух Святой вместе с нами, действующими любовью (Еф. 2: 22), а стройматериалы – Заповеди блаженства, возводящие нас на небесную высоту.

Требование Спасителя двоякое: чтобы мы чувствовали свои грехи и чтобы прощали другим. Чувствовать свои грехи нужно для того, чтобы удобнее было прощать их другим (так как размышляющий о собственных грехах снисходительнее бывает к ближнему). Прощать же другим мы должны не словами только, но от чистого сердца.

Не думай, что ты отреклась Господа тем, что, живя в лютеранском доме, стыдилась молиться Богу, как обыкновенно молишься. Исповедуй и это с самоукорением перед Богом и перед духовником, но не смущайся до отчаяния. Вперед в подобных случаях, если неудобно молиться наружно, то хотя мысленно почаще призывай милость и помощь Божию, всегда стараясь помнить вездеприсутствие Божие. Также надобно умудряться, чтобы хотя утром и вечером, ложась и вставая, помолиться Богу и видимо.

У Бога все иначе, чем у людей, и наши суждения и понимание жизни совсем не похожи на Его понимание. И тот, кто хочет быть первым, да будет последним, да будет слугою всем (Мф. 19:30; 20:26–27). А в жизни последние всегда последними и остаются.

Открытое, бескомпромиссное исповедание укрепляет веру, тогда как стремление скрыть свою веру, напротив, отрицательно сказывается на духовной жизни, приводит к появлению сомнений. Конечно, это не значит, что христианин должен нарочито демонстрировать свою веру, навязывать свои убеждения всем окружающим. Господь предупреждает об опасности бросать жемчуг перед свиньями (Мф. 7:6). Но в то же время христианин всегда должен быть готов дать исчерпывающий ответ на вопрос «како веруеши?»

Всякого человека, кто бы и каков он ни был, например, родителям детей и детям родителей, мужу жену и жене мужа, и прочее, до той поры должно любить, пока та любовь с любовью Божией согласна. А в обратном случае любовь к человеку должна уступить место любви Божией.

Бесстыдство и неистовство великое – не воздавать почтения Тому, Который выше всякой чести. Стыдитесь перед честным человеком бесчинствовать, тем более перед Богом. Боитесь перед отцом, господином, начальником и царем грешить, тем более перед Богом, Царем царствующих и Господом господствующих.

Руководимая божественным Духом, стоить выше всех житейских треволнений, проходит путь, ведущий к небу, бы­стрее всякого корабля, – потому что паруса её чисты и напол­няются не ветром, а самим Утешителем, – и всё расслабляющее и пагубное отвергает от своих помыслов.

Некоторые могут подумать, что память о смерти – это какой-то интеллектуальный аналог самоубийства. Но на самом деле память о смерти – это переход от иллюзий к реальности, от которой мы трусливо убегаем, самую мысль о которой гоним прочь от себя.

Святости жизни требует от нас Бог. Эта святость, прежде всего, состоит в целомудрии, а потом в исполнении и других заповедей Божиих и при нарушении оных – в искреннем и смиренном покаянии. Целомудрие есть двоякое – девственное и супружеское.

Когда говорится, что не устоят нечестивые на суде, то это означает, что они воскреснут не для суда, а для осуждения. Ибо для Бога не нужно долговременное испытание, но вместе с тем, как воскреснут нечестивые, последует и наказание.

Заботиться о пропитании и жизни надо, но нельзя, чтобы эти мысли были у нас на первом месте, чтобы мы только и думали о том, как сделать побольше запасов? Как я буду жить? Не нужно этим забивать голову, а, может, сегодня твою душу Господь заберет? И будут все твои заботы излишни. Наши заботы не должны заслонять самого главного – молитв, размышлений о Боге, о спасении души.

Если вы воспитаете своих сыновей, то они в свою очередь воспитают своих, а эти последние опять научат своих, продолжая таким образом вплоть до пришествия Христова. Дело это доставит всю награду тому, кто послужил корнем.

Все попечение надобно прилагать более о душе, а не о теле, и телу уступать по необходимости малое время, все же остальное посвящать наипаче душе и искать ее пользы, чтоб не увлекалась она телесными сластями, но паче себе порабощала тело.

Что сказать о богатых? Могут ли они быть блаженными, и наследовать Царство Небесное? Могут, ежели не будут прилепляться к богатству, ежели богатство станут употреблять на добрые и святые дела, на созидание и украшение храмов Божиих, на содержание богоугодных заведений, на подаяние бедным и неимущим, ежели богатство будут считать не своим сокровищем, а Божиим.

Не скорби о том, что мир тебя ненавидит. Христос несравненно больше и лучше всего мира, и любовь Его слаще всего мира. Кого Христос любит и милует, тому ненависть и злоба этого мира ничем не вредит. Только смотри, чтобы ты Христов был.

Увлеченный и ослепленный собственным грехом не может не увлечься общественным греховным настроением: он не усмотрит его с ясностью, не поймет его как должно, не отречется от него с самоотвержением, принадлежа к нему сердцем.